Современное представление о реабилитации не только включает восстановление нарушенных физических функций конкретного пациента, но и рассматривает реабилитационный процесс с позиции биопсихосоциальной модели, акцентирует внимание на психологических и социальных компонентах здоровья [1].

Боевая травма оказывает глубокое и многоплановое влияние на жизнь человека, существенно отличаясь от бытовой травмы по масштабу последствий и требуемым мерам реабилитации [2]. Именно по этой причине у лиц с ампутацией нижних конечностей вследствие боевой травмы процесс реабилитационных мероприятий нельзя ограничивать только медицинскими аспектами, а следует рассматривать его как комплекс мер психологического, социального и профессионального характера. Комплексная реабилитация должна заканчиваться не столько восстановлением функционирования или активности реабилитируемого, сколько выходом его на прежнее место работы или приобретением новой специальности [3].

Возращение на привычную работу или изменение сферы трудовой деятельности представляет собой профилактику социальной изоляции для лиц с боевой травмой. Тем самым реализуется социальная интеграция и преемственность помощи от медицинского звена к социальным институтам. В то же время формирование профессиональной мотивации влияет на разработку стратегии реабилитации. Помимо самой идеи восстановления функции пациент должен быть ориентирован на долгосрочное восстановление с целью трудоустройства и достижения экономического благополучия, что может быть соотнесено с более высокой мотивацией к лечению в будущем [4].

Эффективность реабилитации лиц с боевой травмой напрямую зависит от наличия комплексной системы профессиональной ориентации, призванной сформировать устойчивое стремление к трудовой деятельности, способствовать их полноценной интеграции в общество и осознанию собственной значимости. Глубоко осмысленная и стабильная мотивация к выбору профессии – это фундамент для успешной и продуктивной активности. Для формирования такого осознанного выбора в определенной профессиональной сфере требуются понимание собственных сильных сторон и ограничений, личных потребностей, объективная оценка потенциала для дальнейшего профессионального и личностного развития, а также проектирование индивидуальной траектории совершенствования в намеченном направлении [5].

Вопросы профессиональной мотивации лиц с боевой травмой на сегодняшний день нельзя считать окончательно решенными [6]. В особенности остро в условиях военных операций последних лет встает проблема, связанная с выбором профориентационных стратегий для ветеранов с ампутацией нижних конечностей вследствие боевой травмы, окончивших службу в армии. Несмотря на государственную поддержку, участники боевых действий и их семьи сталкиваются с серьезными социальными и психологическими вызовами. Наличие возможности возращения к трудовой деятельности формирует не только потенциал экономической свободы, но и дополнительную мотивацию к прохождению реабилитации [7].

Закрепление на законодательном уровне необходимости оказания специализированной профориентационной помощи участникам боевых действий1 подчеркивает государственную значимость проблемы и требует разработки научно обоснованных подходов к ее решению.

Цель – выявление особенностей профориентационных интересов и мотивации у пациентов, получивших боевое ранение с травматической ампутацией нижних конечностей, проходящих второй этап медицинской реабилитации.

В 2025 г. проведено исследование 850 лиц, участвовавших в боевых действиях. По завершении хирургического этапа лечения после полученных боевых ранений с травматической ампутацией нижних конечностей пациенты находились на втором этапе медицинской реабилитации, проводимой в рамках комплексной реабилитации на базе Медицинского научно-практического центра «Голубое» ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр медицинской реабилитации и курортологии Федерального медико-биологического агентства».

Для включения в исследование применяли следующие критерии:

– наличие травматической ампутации нижних конечностей вследствие боевого ранения;

– нахождение на втором этапе медицинской реабилитации;

– подписание добровольного информированного согласия.

Критерии исключения из исследования:

– наличие травматической ампутации нижних конечностей ввиду иных причин (бытовая, производственная или иная ампутация);

– прохождение первого или третьего этапа медицинской реабилитации;

– наличие системных заболеваний;

– наличие алкогольной/наркотической зависимости в анамнезе;

– наличие установленных диагнозов психиатрического профиля на момент исследования.

– отказ от участия в исследовании на любом этапе.

Исследование проводилось штатным сотрудником – медицинским психологом на 2-й день после госпитализации в отделение медицинской реабилитации, в первой половине дня, в помещении кафедры профориентационной работы и аддитивных технологий.

В исследовании использовались [8]:

– методика Герчикова (тест В.И. Герчикова, 1999 г.), направленная на выявление доминирующего типа мотивации профессиональной деятельности для эффективного стимулирования к трудовой деятельности (опросник включает 23 вопроса с вариантами ответов (от 3 до 8), ответы соотносятся с ключом и переводятся в баллы – выделяется порядка 5 типов, однако наиболее часто встречаются смешанные профили);

– экспресс-метод изучения мотивов занятий спортом (автор Г.В. Лозовая, 2003 г.), направленный на определение ведущих мотивов, являющихся на данный момент движущей силой в спортивной деятельности (опросник включает 26 вопросов, которые соотносятся с 6 группами мотивов, ответы переводятся в баллы, ведущий мотив определяется по наибольшему баллу);

– методика Л.А. Йовайши (в модификации Г. Резапкиной, 2005 г.), направленная на выявление склонностей к различным сферам профессиональной деятельности (опрос­ник включает 24 вопроса, ответы переводятся в баллы и соотносятся с данными методики о наличии склонности, всего выделяется 6 видов склонностей к различным видам деятельности).

Анализ данных выполняли с помощью программного пакета Jamovi v. 2.6.44 (The jamovi project, Австралия). Использовали методы описательной статистики. Данные представлены в виде среднего арифметического значения и стандартного отклонения (M±SD), также для анализа данные переводились в проценты. Проводили кластерный анализ по методу К-средних (мера близости – квадрат евклидова расстояния), дисперсионный анализ, анализ значимости различий в независимых группах по t-критерию Стьюдента, что соотносится с применением параметрических методов для групп с нормальным распределением. Статистическую достоверность результатов фиксировали на уровне р≤0,05.

Наиболее частым случаем была ампутация левой нижней конечности (55,8%), ампутация правой нижней конечности встречалась в 32,7% случаев, а ампутации, затрагивающие обе конечности, – в 11,5%. Уровень ампутации колебался от частичного удаления стопы до ампутации на уровне бедра.

Возраст респондентов составлял от 19 до 64 лет (37,8±10,9 года). Семейное положение: 59,8% участников состоя­ли в браке, включая гражданский брак, 23,1% холосты, 12,8% разведены, 4,3% – вдовцы. Наличие детей указали 62,4% респондентов.

По уровню образования преобладало среднее специальное образование (52,1%), высшее образование имели 26,5%, среднее общее образование (11 классов) – 11,1%, основное общее образование (9 классов) – 8,5%, неоконченное высшее – 1,7%.

До участия в военных операциях респонденты имели рабочие специальности (сварщики, трактористы, водители, строители), служили в силовых структурах, а также работали в сферах менеджмента, педагогики и информационных технологий.

Большинство участников (81,2%) занимались спортом до ранения, предпочитая единоборства, игровые виды спорта, легкую атлетику и общую физическую подготовку, при этом 59,4% из них выразили намерение продолжать занятия.

Выполнен кластерный анализ по методу К-средних с выделением двух кластеров по экспресс-методу изучения мотивов занятий спортом, что соотносится с теоретическим положением о единстве психической жизни, согласно которому мотивация к деятельности в сфере физической реабилитации (в частности, к занятиям лечебной физкультурой или ходьбой) может рассматриваться как проекция общих мотивационных установок, потенциально влияю­щих и на представления индивида о профессиональной реализации.

Дисперсионный анализ, оценивающий качество выполненной кластеризации, фиксировал найденное решение как статистически значимое для всех анализируемых шкал (р=0,0001). На рисунке 1 представлено расположение результатов 850 пациентов в пространстве первых двух главных компонентов. Доля объясненной дисперсии: Ось 1 (англ. Dimension 1, Dim1) = 62%, Ось 2 (англ. Dimension 2, Dim2) = 10,6%, что суммарно составляет 72,6%. Два выделенных главных компонента объясняют 72,6% суммарной дисперсии признаков. Dim1 (62,0%) отражает основное направление изменчивости, разделяющее кластеры 1 и 2 по горизонтальной оси. Dim2 (10,6%) может отражать дополнительную вариацию внутри кластеров, в основном за счет объектов кластера 2, демонстрирующих больший разброс по вертикали.

Отчетливо дифференцируются два кластера, полученные в результате классификации методом K-средних по показателям методики и соответствующие различным мотивационным профилям респондентов. Визуальный анализ подтверждает обособленность кластерных групп и отсутствие зон значительного перекрытия, что свидетельствует об устойчивости выделенной таксономии.

Кластер 1 (n=418; 49,18%) объединил респондентов с относительно низкими значениями по всем видам мотивации, что может стать основанием для его определения как низко мотивированного. Кластер 2 (n=432; 50,82%) составили лица с высокими показателями по всем мотивационным шкалам, что позволяет интерпретировать его как группу с высоким общим мотивационным уровнем. Сравнительный анализ выраженности мотивационных компонентов между кластерами представлен в таблице 1.

Анализ различий между двумя мотивационными кластерами с помощью t-критерия Стьюдента для независимых выборок выявил статистически значимые различия по ряду показателей (табл. 2). Респонденты с высоким уровнем мотивации (кластер 2) достоверно чаще демонстрировали «профессиональный», «патриотический» и «хозяйский» типы мотивации по методике В.И. Герчикова, тогда как для низко мотивированных (кластер 1) был более характерен «люмпенизированный» тип.

При сравнении кластеров с разными уровнями мотивации по методике Л.А. Йовайши обнаружены статистически значимые различия в предпочтении определенных сфер деятельности (табл. 3), за исключением шкал «Работа с людьми», «Исследовательская деятельность» и «Экономические виды деятельности». Высокомотивированные респонденты (кластер 2) демонстрировали большую склонность к экстремальным видам деятельности, а низко мотивированные (кластер 1) – к работе на производстве и эстетическим видам деятельности.

Статистически значимых различий между кластерами по возрасту, семейному положению, уровню образования, занятиям спортом в соотнесении с ранением по методике Г.В. Лозовой не выявлено.

Анализ типов трудовой мотивации по методике В.И. Герчикова показал, что у респондентов с высокой мотивацией значимо выше показатели по типам «профессиональный», «патриотический» и «хозяйский», что может стать основой для формирования индивидуальных планов профори­ентационных программ. Для них важны содержание работы, возможность реализовать свои знания и умения, приносить пользу обществу и нести ответственность за доверенное дело, что соотносится с потенциально высокой лояльностью к выбору места работы. Подобная структура трудовой мотивации создает благоприятные предпосылки для успешной ресоциализации: такие люди будут стремиться к освоению новой профессии, повышению квалификации и активному вовлечению в трудовую деятельность. Для данного типа также могут быть характерны тенденции к более высокому принятию себя как профессионала и формированию установки на профессиональное саморазвитие [9].

В противоположность этому, в группе с низкой мотивацией статистически значимо чаще встречался «люмпенизированный» тип (p=0,034), для которого характерны пассивность, стремление к минимизации трудовых затрат, избеганию ответственности. Такой тип мотивации способен стать существенным препятствием для профессиональной реабилитации, поскольку подобные работники мало заинтересованы в карьерном развитии и склонны быстро прекращать активный поиск работы при возникновении сложностей. Для данной группы наиболее эффективными могут быть программы как групповой, так и индивидуальной психологической помощи. Подобный подход к мотивационной сфере позволяет рассматривать сам факт прохождения реабилитации как форму осмысленной деятельности, которая является условием изменения точки зрения на весь процесс. Это соотносится с концепцией А.Н. Леонтьева, где в рамках реабилитационных мероприятий человек может быть рассмотрен как активный субъект деятельности со своей иерархией мотивов [10]. Таким образом, личностно значимые мотивы при выборе профессионального пути могут быть факторами, обусловливающими успешность участия как в реабилитационном процессе (направленном на восстановление функций для специализированной активности), так и в самой профессиональной деятельности [11].

При сравнении социально-демографических характеристик групп различий не выявлено, что может свидетельствовать о том, что выделенные мотивационные профили не обусловлены внешними факторами, а имеют психологическую природу. Можно предположить, что они отражают различные стратегии преодоления последствий тяжелой травмы и разную степень психологической адаптации [12].

Полученные данные подчеркивают необходимость дифференцированного подхода в рамках профориентационного консультирования. Для одной группы респондентов актуальны сопровождение и структурирование уже сформированной профессиональной мотивации, содействие в проектировании индивидуальной карьерной траектории, информирование о возможностях обучения, создание усло­вий для самореализации. В группе с низкой мотивацией, где доминирует «люмпенизированный» тип и снижены практически все мотивационные показатели, задачей становится психологическая коррекция, направленная на преодоление апатии, возможных депрессивных проявлений, постепенное восстановление веры в собственные силы и формирование позитивного образа будущего. Таким образом, подходы к профориентации людей с особенностями здоровья должны основываться на индивидуализации, интеграции теоретических и практических аспектов, а также на развитии системы поддержки с учетом психологической специфики [13]. Наше исследование подтверждает важность социальной поддержки лиц с ограниченными возможностями здоровья вне зависимости от особенностей профессиональной ориентации, что соотносится с необходимостью применения мер комплексной реабилитации для всех граждан [14].

По результатам анализа профессиональных склонностей высокомотивированные респонденты достоверно чаще (p<0,001) проявляют склонность к экстремальным видам деятельности, что может объясняться сохранением потребности в острых ощущениях, риске и адреналине, которая была сформирована во время военной службы. Такие люди могут успешно реализовать себя в профессиях спасателя, инструктора по экстремальным видам спорта, сотрудника силовых структур на гражданских должностях, а также в адаптивном спорте. Группа с низкой мотивацией, продемонстрировавшая более высокие показатели по шкалам «работа на производстве» (p<0,001) и «эстетические виды деятельности» (p=0,008), ориентирована на более стабильные, предсказуемые виды занятости, связанные с конкретным физическим трудом или творчеством. Эти склонности (при условии использования современных протезов) в целом соответствуют возможностям людей с ампутациями нижних конечностей [15].

Получение боевой травмы, в отличие от бытовой, приводит к изменению всей жизни человека. Реабилитация, направленная на максимальную ресоциализацию и формирование профессиональной ориентации, становится важным фактором поддержания благополучия. В процессе второго этапа медицинской реабилитации формируется мотивация для прохождения переобучения.

Разработка стратегий профориентации пациентов после травматической ампутации в результате участия в боевых действиях на втором этапе медицинской реабилитации требует дифференцированного подхода, основанного на учете индивидуальных мотивационных профилей. Представленный комплекс методик может быть включен в рутинную практику реабилитационных центров с целью выявления групп риска и формирования адресных программ профориентационной поддержки, способствующих успешной ресоциализации ветеранов военных действий.

В дальнейшем необходимы лонгитюдные исследования, позволяющие проследить динамику мотивационных изменений в процессе комплексной реабилитации и после трудоустройства. Важным шагом станет создание и апробация конкретных программ психологического сопровождения для выделенных групп, а также оценка их долгосрочной эффективности.

1. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 24 мая 2025 г. № 1311-р «Об утверждении плана мероприятий по повышению уровня трудоустройства участников специальной военной операции и организации их профессиональной ориентации».